УДК   612.273.2; 612.172

ПЕРЕКИСНОЕ ОКИСЛЕНИЕ ЛИПИДОВ И ЭКСПРЕССИЯ HIF-1а  В МИОКАРДЕ ПРИ АДАПТАЦИИ К ПРЕРЫВИСТОЙ ГИПОБАРИЧЕСКОЙ ГИПОКСИИ

Фахретдинова Ю.Я., Сагидова С.А., Балыкин М.В.

ФГБОУ ВО «Ульяновский Государственный Университет», Россия, г.Ульяновск Yulia.bikbai@yandex.ru, balmv@yandex.ru

Аннотация: проведена оценка перекисного липидов (ПОЛ), антиоксидантной защиты (АОЗ) и экспрессии гипоксией-индуцированного фактора (HIF-1a) в миокарде на разных этапах адаптации к прерывистой гипобарической гипоксии (ПГГ). В течение 30 суток в барокамере имитировался подъем на высоту 6500 м над у. м. 66 крыс линии Вистар по схеме: 5 мин. - «подъем», 10 мин. - «высота», 5 мин - «спуск». Интенсивность ПОЛ оценивалась по уровню малонового диальдегида, активность АОЗ по образованию супероксиддисмутазы и каталазы, оценка экспрессии HIF-1a проводилось с помощью полимеразной цепной реакции с обратной транскрипцией матричной РНК (ОТ-ПЦР). Выяснено, что в ранние сроки ПГГ (1 сутки)  отмечается выраженная экспрессия HIF-1а, повышение уровня продуктов ПОЛ на фоне значительного снижения парциального давления кислорода; по мере увеличения сроков гипоксических воздействий (15-30 сутки) наблюдается  повышение активности ферментов антиоксидантной защиты, стабилизация экспрессии HIF-1а, при сохраняющейся выраженной гипоксемии.

Ключевые слова: гипоксическая гипоксия, крысы, миокард, перекисное окисление липидов, гипоксией-индуцированный фактор, газовый состав крови, антиоксидантная защита, адаптация

ҮЗГҮЛТҮКТҮҮ ГИПОБАРИЯЛЫК ГИПОКСИЯГА АДАПТАЦИЯСЫНДА МИОКАРДИЯДАГЫ ЛИПИДДЕРДИН ПЕРЕКИСТИК КЫЧКЫЛДАНУУСУ ЖАНА

HIF-1a ЭКСПРЕССИЯСЫ

Фахретдинова Ю.Я., Сагидова С.А., Балыкин М.В.

«Ульяновск мамлекеттик университети» Федералдык мамлекеттик бюджеттик жогорку окуу жайы, Россия, Ульяновск ш.,

Yulia.bikbai@yandex.ru, balmv@yandex.ru

Аннотация: Аннотация: миокарддагы липиддик перекистик кычкылдануусу (ЛПК), антиоксиданттык коргонуу (АОК) жана гипоксиядан келип чыккан фактордун (HIF-1a) экспрессиясына интермитенттүү гипобарикалык гипоксияга (IH) адаптациянын ар кандай баскычтарында баа берилди. 30 күн бою деңиз деңгээлинен 6500 м бийиктикке көтөрүлүү басым камерасында симуляцияланган. м 66 Wistar келемиштер схема боюнча: 5 мин. - "көтөрүү", 10 мүн. - "бийиктик", 5 мүнөт - "түшүрүү". Липиддердин пероксидациясынын интенсивдүүлүгү малондиальдегиддин деңгээли, АОПтун активдүүлүгү супероксид дисмутазасынын жана каталазанын пайда болушу менен, HIF-1a экспрессиясы кабарчы РНКнын (RT-PCR) тескери транскрипциясы менен полимераздык чынжыр реакциясынын жардамы менен бааланган. PHGнин алгачкы стадияларында (1 күн) кычкылтектин парциалдык басымынын олуттуу төмөндөшүнүн фонунда HIF-1aнын ачык-айкын көрүнүшү, липиддердин пероксиддик продуктуларынын деңгээлинин жогорулашы аныкталган; Гипоксиддик таасирдин узактыгы көбөйгөн сайын (15-30-күн) антиоксиданттык коргонуу ферменттеринин активдүүлүгүнүн жогорулашы жана HIF-1a экспрессиясынын турукташуусу байкалат, ал эми оор гипоксемия сакталат.

Негизги сөздөр: гипоксиялык гипоксия, келемиштер, миокард, липиддердин пероксидациясы, гипоксиядан пайда болгон фактор, кандын газ курамы, антиоксиданттык коргоо, адаптация

LIPID PEROXIDATION AND HIF-1a EXPRESSION IN THE MYOCARDIA DURING ADAPTATION TO INTERMITTENT HYPOBARIC HYPOXIA

Fakhretdinova Yu.Ya., Sagidova S.A., Balykin M.V.

Federal State Budgetary Educational Institution of Higher Education "Ulyanovsk State University", Russia, Ulyanovsk

Yulia.bikbai@yandex.ru, balmv@yandex.ru

Abstract: an assessment was made of lipid peroxide (LPO), antioxidant defense (AOD) and expression of hypoxia-induced factor (HIF-1a) in the myocardium at different stages of adaptation to intermittent hypobaric hypoxia (IH). For 30 days, a rise to a height of 6500 m above sea level was simulated in a pressure chamber. m. 66 Wistar rats according to the scheme: 5 min. - “rise”, 10 min. - “height”, 5 minutes - “descent”. The intensity of lipid peroxidation was assessed by the level of malondialdehyde, the activity of AOP by the formation of superoxide dismutase and catalase, the expression of HIF-1a was assessed using polymerase chain reaction with reverse transcription of messenger RNA (RT-PCR). It was found that in the early stages of PHG (1 day) there is a pronounced expression of HIF-1a, an increase in the level of lipid peroxidation products against the background of a significant decrease in the partial pressure of oxygen; As the duration of hypoxic exposure increases (days 15-30), an increase in the activity of antioxidant defense enzymes and stabilization of HIF-1a expression are observed, while severe hypoxemia persists.

Key words: hypoxic hypoxia, rats, myocardium, lipid peroxidation, hypoxia-induced factor, blood gas composition, antioxidant protection, adaptation.

Введение

Проблема влияния гипоксии на живой организм и изучение связанных с ней изменений, многие десятилетия не утрачивает своей актуальности, поскольку организм сталкивается и вынужден приспосабливаться дефициту О₂ различного генеза [1]. Особое место в этой проблеме занимает гипоксическая гипоксия, связанная с дефицитом кислорода в окружающей среде. Снижение содержания и/или парциального давления О₂ (рО₂) способствует включению компенсаторно-приспособительных реакций, направленных на поддержание функций организма, от реализации которых зависит адаптация к гипоксическому воздействию. Сигнальным механизмом, обеспечивающим компенсаторно-приспособительные реакции дыхательной, сердечно-сосудистой систем и системы крови является рО₂ в артериальной крови [2].

Известно, что гипоксическая стимуляция приводит к формированию специфических (дефицит О₂) и неспецифических (многочисленные факторы среды) компонентов адаптации, что послужило предпосылкой для использования гипоксической гипоксии в профилактической и клинической медицине [3]. Для этой цели используют действие хронической (горной) гипоксии, экспериментальной гипобарической или нормобарической гипоксии [4].

Способность гипоксии активировать адаптационные механизмы широко используется в профилактике и реабилитации сердечно-сосудистых заболеваний, лечении хронической обструктивной болезни легких и бронхиальных астмы, улучшении функции мозга и противодействии некоторым неврологическим заболеваниям [5].

Наибольшее распространение по использованию гипоксии в этих целях получила методика интервальной прерывистой гипоксической тренировки, в которой кратковременные гипоксические воздействия, чередуются с периодами нормоксии [6].

В последние годы в отечественной и зарубежной литературе обсуждаются пре- и посткондиционирующие эффекты гипоксии [7]. Так, в исследовании на крысах было показано, что переход от гипобарической гипоксии к нормоксии приводит к кардиопротекторному эффекту, снижает окислительный стресс за счет транскрипции антиоксидантных ферментов [8]. Подобные результаты были получены в исследовании «in vitro», в котором гипоксическое прекондиционирование эффективно ослабляет гипоксией/реоксигенацией индуцированную гибель кардиомиоцитов крыс [9].

В реакциях компенсации и адаптации к гипоксии активное участие принимает гипоксией индуцируемый фактор (HIF-hypoxia-inducible factor), который принадлежит к семейству датчиков кислорода, известных, как транскрипционные факторы bHLH-PAS, способствующие, как доставке О₂, так и адаптации клеток к кислородному голоданию.  Специфическое строение HIF позволяет ему связываться с определенной последовательностью ДНК и активировать транскрипцию генов, опосредующих гипоксическую адаптацию. Мишени HIF включают членов семейств генов стресс-реакций, таких как транспортеры глюкозы, гликолитические ферменты, ангиогенные факторы, факторы гемопоэтического роста и молекулы, влияющие на рост, выживание и подвижность клеток [10].

Известно, что основной путь активации HIF-1α зависит от парциального давления кислорода, однако существуют и кислород-независимые механизмы его транскрипции и трансляции, которые могут быть активированы вирусами, цитокинами, активными формами кислорода [11]. Последние способствуют стабилизации фактора посредством регуляции кислород-зависимого гидроксилирования специфических остатков пролина в HIF-1α.

Цель исследования: оценить изменения газового состава крови, активность перекисного окисления липидов и экспрессию HIF-1а в миокарде на разных этапах адаптации к прерывистой гипобарической гипоксии.

Материалы и методы исследования

Исследования проводили на крысах-самцах линии Вистар (n=66), массой 240–260 г. в соответствии с рекомендациями о гуманном отношении к лабораторным животным. Животные содержались в условиях вивария при свободном доступе к воде и сбалансированному корму.

Гипоксические воздействия моделировались в барокамере с имитацией подъема животных на высоту 6500 м над у. м. (Рв – 330 мм рт. ст.) в течение 5 минут, с 10 минутным нахождением на высоте, 5-минутным спуском до уровня моря и с последующим периодом нормоксии  в течение 5 мин. Каждый сеанс состоял из пяти указанных циклов, которые проводились 6 раз в неделю, на протяжении 30 суток.

До и после каждого гипоксического цикла из хвостовой артерии животных брали кровь для определения напряжения (РаО₂), насыщения (SaO₂), содержания (CaO₂) кислорода и рН артериальной крови с использованием микрогазоанализатора ЭЦ-60.

В контроле, на 1,5, 15 и 30 сутки гипоксических тренировок животных выводили из эксперимента с помощью эфирного наркоза. Сердце извлекали, промывали охлажденным раствором (0,9% NaCl), просушивали и замораживали. Оценку экспрессии гипоксией-индуцированного фактора в гомогенате миокарда проводили с помощью полимеразной цепной реакции с обратной транскрипцией матричной РНК (ОТ-ПЦР) [12].

Процессы перекисного окисления липидов (ПОЛ) и антиоксидантной защиты (АОЗ) определяли в гомогенате, который готовили на охлажденном гипотоническом буфере следующего состава: 10 мМ TRIS (pH 7,4), 10 мM KCl, 1 мМ PMSF. Интенсивность свободнорадикальных процессов оценивали по уровню вторичного продукта ПОЛ – малонового диальдегида (МДА). Активность фермента антиоксидантной защиты супероксиддисмутазы (СОД) определяли по способности энзима конкурировать с нитросиним тетразолием за супероксидный анион; фермент каталазу оценивали по скорости утилизации Н₂О₂ в реакционной смеси [13].

Статистическую обработку результатов проводили с использованием компьютерных математических программ Statistica 6.0, MS Excel 2010. Достоверность различий определяли по t-критерию Стьюдента. Различия считали достоверными при р≤0,05.

Результаты исследования и их обсуждение

Результаты исследования показали, что после каждого сеанса прерывистой гипобарической гипоксии (1-30 сутки) РаО₂ у крыс достоверно уменьшается (таблица 1). При этом независимо от сроков гипоксической тренировки PaO₂ после отдельных сеансов колеблется в пределах 52,8–57,3 мм рт. ст., что свидетельствует о выраженной артериальной гипоксемии, при которой развивается тканевая гипоксия.

Наряду с падением PaO₂, близким к критическому (уровень, при котором возникают нарушения окислительного метаболизма), развиваются компенсаторно-приспособительные реакции, направленные на поддержание кислородного обеспечения органов и тканей. Так, результаты исследования показали, что в артериальной крови на 1-15 сутки под действием гипоксии содержание O₂ достоверно не меняется по сравнению с контрольными данными (нормоксия), а на 30 сутки показатель достоверно повышается. Очевидно, это связано с высоким содержанием эритроцитов и Hb, повышение которых на ранних этапах ПГГ может быть связано с перераспределением депонированной крови, на поздних (30 сутки) с активацией эритропоэза. На ряду с компенсаторным увеличением объемного кровотока [14] этот механизм приводит к повышению доставки O₂ в органы и ткани.

Таблица 1

Газовый состав артериальной крови у крыс в разные периоды действия прерывистой гипоксической гипоксии

Показатели	Контроль	1 сут. ПГГ	5 сут. ПГГ	15 сут. ПГГ	30 сут. ПГГ
РаО2, мм.рт.ст.	97,3 ± 1,5	52,0 ± 1,3*	52,8 ±1,8*	53,6 ± 2,5*	57,3 ± 3,1*
Sa,%	97,5 ± 0,2	71,5±0,5*	74,7 ± 1,5*	73,3 ± 0,6*	75,5 ± 0,3*
Ca, об.%	19,1 ± 0,6	19,2±0,7	18,9 ±1,3	19,9 ± 1,2	21,6± 1,1*
pHа	7,42 ± 0,01	7,32 ± 0,01 *	7,34 ± 0,01	7,44 ± 0,01	7,45 ± 0,01*

Примечание: * - различия достоверны по сравнению с контролем, р<0,05.

Выраженное снижение SaO₂ на фоне низкого PaO₂ во все сроки гипоксической тренировки может служить причиной сдвига кривой диссоциации HbO₂ вправо, что приводит к снижению сродства Hb к O₂ и обеспечивает условия для кислородного обеспечения всех органов и тканей. Этому в определенной степени способствует снижение рНа на фоне метаболических и респираторных изменений.

Таким образом, компенсаторные механизмы в ответ на дефицит кислорода включают в себя увеличение продукции эритроцитов, усиление сердечной деятельности и перераспределение кровотока в органах [14]. Результаты исследования показали, что по мере увеличения сроков адаптации к гипоксии (15-30 сутки) эффективность механизма компенсации гипоксической гипоксии повышается, о чем свидетельствует увеличение рН, очевидно сопряженное с респираторной компенсацией нарушения кислотного-основного состояния. Таким образом, результаты исследования свидетельствуют о выраженных изменениях газового состава крови во время гипоксических воздействий, которые несмотря на развертывание компенсаторно-приспособительных реакций не могут компенсировать артериальную гипоксемию и тканевую гипоксию. В этих условиях в сердце, которое принимает непосредственное участие в системной компенсации гипоксии (увеличение объемного кровотока), возникают дополнительные предпосылки для возникновения дефицита О₂, сопряженные с повышенной активностью на фоне выраженной артериальной гипоксемии.

На этом фоне артериальная и тканевая гипоксия приводят к увеличению продукции АФК в III комплексе электрон-транспортной цепи митохондрий [15], что способствует деградации липидных радикалов, реорганизации двойных связей, деструкции мембранных липидов и повреждению биомембран.

В ходе проведенного исследования было выявлено значительное повышение уровня МДА в первый день гипоксического воздействия (рисунок 1), что свидетельствует об активации процессов ПОЛ. Такая динамика коррелирует со снижением напряжения кислорода артериальной крови и сдвигами КОС в сторону ацидоза, которые могут инициировать клеточную альтерацию и накопление Н₂О₂ [15].

На 15 и 30-ые сутки эксперимента увеличение уровня МДА сохраняется, однако его динамика выражена в меньшей степени по сравнению с первой гипоксической тренировкой, что указывает на тенденцию к снижению интенсивности ПОЛ по мере увеличения продолжительности гипоксических воздействий. Такая динамика МДА может быть связана с ингибированием цитохромоксидазы радикалом оксида азота (NO*), что способствует частичному восстановлению окисления субстратов цикла Кребса в митохондриях, в частности III комплекса электрон-транспортной цепи в процессе адаптации к дефициту О₂ [15].

Рисунок 1. Изменения МДА в миокарде крыс в разные сроки адаптации к прерывистой гипоксической гипоксии

В то же время, механизмом уменьшения интенсивности процессов ПОЛ выступает система антирадикальной или антиоксидантной системы. Она обеспечивается низкомолекулярными антиоксидантами и антиоксидантными ферментами, которые обрывают цепи реакций свободнорадикального перекисного окисления, непосредственно разрушают молекулы перекиси и уменьшают доступ кислорода к липидам [16].

В этой связи в исследовании была рассмотрена активность супероксиддисмутазы (СОД) и каталазы, которые выступают ключевыми ферментами защиты клетки от повреждающего действия АФК (рисунок 2).

Рисунок 2. Изменения показателей АОЗ в миокарде крыс в разные сроки адаптации к прерывистой гипоксической гипоксии

Результаты исследования показали, что в первый день гипоксической тренировки в сердце исследуемых крыс образование СОД, выступающей первой линией антиоксидантной защиты, значительно снизилось. Такая динамика может быть связана с непосредственным её взаимодействием с супероксид-анионом [17]. На 15 и 30 сутки ПГГ по мере снижения активности ПОЛ уровень СОД стабилизируется и практически не отличается от данных контрольной группы.

После однократного сеанса ПГГ в первый день исследования наблюдается значительное повышение уровня каталазы, выступающей второй линией антиоксидантной защиты. В поздние сроки гипоксической тренировки (15-е и 30-е сутки) повышенное образование каталазы сохраняется. По-видимому, длительное сохранение активности фермента связано с его участием в катализе разложения пероксида водорода, который образуется в ранние сроки активации АОЗ, как продукт расщепления супероксид-аниона (O₂⁻) антиоксидантами первой линии защиты. Таким образом, одним из следствий развития компенсаторно-приспособительных процессов в миокарде по мере увеличения продолжительности гипоксических воздействий, является повышение емкости ферментов антиоксидантной системы первой и второй линии защиты, что служит признаком стабильной адаптации миокарда к дефициту кислорода.

Важным механизмом, запускающим системные и тканевые механизмы адаптации, является гипоксией индуцированный фактор (HIF-1a), который состоит из кислородoчувствительной субъединицы Hif-1α и конститутивно экспрессируемой субъединицы Hif-1β. При нормоксии содержание Hif-1α поддерживается на низком уровне, подвергаясь протеосомальной деградации с участием пролилгидроксилаз (РHD), которые являются молекулярными сенсорами О2 и белка гена тумор-супрессорного протеина фон Хиппеля –Линдау. При снижении уровня кислорода, Hif-1α в ядре образует транскрипционный комплекс с Hif-1β, который связывается с особыми последовательностями ДНК в генах, запуская совокупность реакций, направленных на компенсацию и адаптацию к гипоксии [18], [19].

Можно полагать, что выраженная экспрессия HIF-1a в первые дни адаптации (рисунок 3) сопряжена не только с активацией кислородзависимого пути (тканевая гипоксия), но и с повышением процессов перекисного окисления липидов и активности провоспалительных цитокинов.

Рисунок 3. Динамика HIF-1а в сердечной мышце на разных этапах прерывистой гипоксической гипоксии

На 15-е и 30-е сутки гипоксических воздействий был установлен высокий уровень экспрессии HIF-1a сохраняется, однако его активация выражена в меньшей степени, чем в 1-ый день тренировки. Такая тенденция, предположительно связана с временной стабилизацией белка HIF-1a и подавлением экспрессии его мРНК в качестве механизма отрицательной обратной связи, предотвращающего чрезмерную активацию HIF-1a.

Заключение:

Компенсаторно-приспособительные процессы к гипоксии в миокарде носят фазовый характер: на начальном этапе воздействия (1 сутки) отмечается выраженная экспрессия HIF-1а, повышение уровня продуктов ПОЛ на фоне значительного снижения PaO₂; по мере увеличения сроков гипоксических воздействий (15-30 сутки) наблюдается  повышение активности ферментов антиоксидантной защиты, стабилизация экспрессии HIF-1а, при сохраняющейся выраженной гипоксемии, что в совокупности характеризует становление фазы устойчивой адаптации сердца и повышение его толерантности к гипоксии.

Литература:

1. Глазачев О. С., Лямина Н. П., Спирина Г. К. Интервальное гипоксическое кондиционирование: опыт и перспективы применения в программах кардиореабилитации // Российский кардиологический журнал. - 2021. - №5. - С.156-162.

2. Лукьянова Л.Д. Сигнальные механизмы гипоксии / Л.Д. Лукьянова, – М: РАН, 2019. – 215 с.

3. Серебровская Т. В., Шатило В. Б. Опыт использования интервальной гипоксии для предупреждения и лечения заболеваний сердечно-сосудистой системы. Обзор. Кровобiг та гемостаз, 2014. - №1–2. - С. 16–33.

4. Новиков В. С., Горанчук В. В., Сапова Н. И. Методологические аспекты и клинико-физиологическое обоснование применения гипокситерапии //Авиакосмическая и экологическая медицина. – 1996. – Т. 30. – №. 6. – С. 42-46.

5. Титова О.Н., Кузубова Н.А., Лебедева Е.С. Роль гипоксийного сигнального пути в адаптации клеток к гипоксии // РМЖ. Медицинское обозрение, 2020, - Т. 4(4). – С. 207-213.

6. Волков Н.И. Интервальная гипоксическая тренировка - новый метод повышения работоспособности спортменов / Волков Н.И., Дардури У., Сметанин В.Я. // Тенденции развития спорта высш. достижений и стратегия подгот. высококвалифицир. спортсменов в 1997 - 2000 гг.: Материалыы Всерос. науч.-практ. конф. - М., 1997. - С. 124-132.

7. Балыкин М.В., Сагидова С.А., Айзятулова Е.Д., Антипов И.В., Жарков А.В. Гипоксия: системные, органные, молекулярно-клеточные механизмы компенсации и адаптации // Ульяновский медико-биологический журнал. – СПб., 2016. -№ 4. – С. 13–14.

8. Herrera E.A, Farías J.G, González-Candia A., Short S.E., Carrasco-Pozo C., Castillo R.L. Ω3 Supplementation and intermittent hypobaric hypoxia induce cardioprotection enhancing antioxidant mechanisms in adult rats. Mar Drugs., 2015. – Т. 4. - № 13(2). – Р. 838-860.

9. Huang X.S., Chen, H.P., Yu, H.H.  Nrf2-dependent upregulation of antioxidative enzymes: a novel pathway for hypoxic preconditioning-mediated delayed cardioprotection // Mol. Cell Biochem. 385, 2014, - Р. 33–41.

10. Semenza GL. Hypoxia-inducible factors in physiology and medicine. Cell. 2012. - №3. - 148(3). – Р. 399-408.

11. Новиков В.Е., Левченкова О.С. Гипоксией индуцированный фактор (HIF-1α) как мишень фармакологического воздействия // Обзоры по клинической фармакологии и лекарственной терапии, 2013. - № 11 (2). – С. 8-16.

12. Принципы и методы биохимии и молекулярной биологии / П76 ред. К. Уилсон и Дж. Уолкер ; пер. с англ. – 5-е изд. - М.: Лаборатория знаний, 2022. – 848 с.

13. Карпищенко А.И. Медицинские и лабораторные технологии и диагностика. -СПб.: Интермедика, 1999. – С. 27–28.

14. Балыкин, М. В. Системные и органные механизмы кислородного обеспечения организма в условиях высокогорья / М. В. Балыкин, X. Д. Каркобатов // Российский физиологический журнал им. И.М. Сеченова. – 2012. – Т. 98. - № 1. – С. 127-136.

15. Третьякова О.С., Заднипряный И.В. Биоэнергетика миокарда в условиях гипоксии: возрастные аспекты // Оперативная хирургия и клиническая анатомия (Пироговский научный журнал), 2020. - №4 (1). – С. 52‑62.

16. Лоскутова Е.В., Воронцова И.А., Вахитов Х.М., Сафиуллин Т.Р. Роль дестабилизации процессов перекисного окисления липидов и антиоксидантной защиты в патогенезе гипоксии у недоношенных новорожденных // Казанский медицинский журнал, 2017. – Т. 98. - № 5. – С. 803-808.

17. Pena E, Brito J, Alam S, Siques P. Oxidative Stress, Kinase Activity and Inflammatory Implications in Right Ventricular Hypertrophy and Heart Failure under Hypobaric Hypoxia / Int J Mol Sci., 2020. – Т. 3. - № 21(17). - Р. 6421.

18. Semenza G.L. Oxygen sensing, hypoxia-inducible factors, and disease pathophysiology // Ann. Rev. Pathol., 2014. - № 9. – Р. 47–71.

19. Ветош А.В. Взаимодействие кислородчувствительных механизмов в клетке. Ульяновский медико-биологический журнал. -2019. - № 3. – С. 52-62.